Скафандр и бабочка

Попробуем
Не знаю, что было вчера и что готовит завтра
Мы в этой темной жиже плаваем, как космонавты
Тут каждый вдох на выдох душит, душит как удавка
В кармане травка, на завтрак хавка из МакАвто
Я иду домой, но снова мимо дома
Иду домой, в кармане камень, в легких — невесомость
Я видел сон, хотя не спал в плену ночей бессонных
Там солнце греет горизонт сквозь пелену озона, но
Наш экипаж покинул атмосферу
На бортовых часах 4:20 — время первых
Я на пределе среди персонажей бледно-серых
Мы снова курим…
Мой парализованный город скован сезоном дождей
Я снова ловлю невесомость в омуте близких людей
Я падал, но не был поломан, благо со мной были те
Кто музыку взял за основу, братья-бродяги, вы где там
Парализованный город скован сезоном дождей
Я снова ловлю невесомость в омуте близких людей
Я падал, но не был поломан, благо со мной были те
Кто музыку взял за основу, музыку взял за основу
Тут кислорода ноль, а за окном всегда февраль
По кровеносным — алкоголь, по переулкам — шмаль
Толи начало, толи край тропой канатоходца
По темной стороне луны иду навстречу к солнцу
Пылью далеких миров под носом вселенной потерян
Для всего мира Небро я мира желал, но не верил
В то, что до цели микрон, а выход за следующей дверью
Выведи, роза ветров, мой парус на праведный берег
Зону комфорта покинув, наскоро скинул скафандр
С космосом одним единым стану, для всех — эмигрантом
Время покроет хитином кожу, что стала как панцирь
Не долетев половины, снова сойду между станций
Парализован… Я этим дымом был парализован
В небо бы, но на мне скафандр железобетонный
Тянет на дно, мама, прости, я не мог по-другому
Тянет и тянет, он снова тянет и тянет на дно
Мой парализованный город скован сезоном дождей
Я снова ловлю невесомость в омуте близких людей
Я падал, но не был поломан, благо со мной были те
Кто музыку взял за основу, братья-бродяги, вы где там
Парализованный город скован сезоном дождей
Я снова ловлю невесомость в омуте близких людей
Я падал, но не был поломан, благо со мной были те
Кто музыку взял за основу, музыку взял за основу
(Наша плоть — это темница для души)
(Наша кожа и кровь — это железные решетки тюрьмы)
(Только плоть боится смерти)
(Душа после смерти освобождается)